Берлинале: В понедельник была суббота (за Миндадзе)

Ольга Самборская, «Иммиграда» В понедельник была суббота или безвинная суббота, народ или режиссер? 14 февраля 2011 в понедельник на международном кинофестивале Берлинале состоялась премьера фильма российского режиссера Александра Миндадзе В субботу. Английском языке фильм носит название Иnnocent Saturday, что в переводе на украинский означает безвинная, беззаботная суббота. На всех рекламных афишах название фильма оставалась в украинской версии, т.е. В субботу (U subotu). Это будто символическая привязанность фильма к Украине – места, где происходят события фильма. Конкретнее, в Припяти. На этом украинская составляющая фильма заканчивается.
Дальше начинается русская версия или версия автора Александра Миндадзе, который сам написал сценарий к фильму и сам его режиссировал. Учитывая то, что регалии, награды и прошлые успехи режиссера могут влиять на анализ и сприйняттяяяя фильма, заранее абстрагируюсь от того, кто такой Александр Миндадзе, как в целом и его румынский камера-ман Олег Муту (Oleg Mutu), и актер, исполнитель главной роли Антон Шагин.
Для меня как и для многих бывших жителей Киева и чернобыльской зоны тема первых дней чернобыльской катастрофы является историей, о которой они узнают не из фильмов. Именно поэтому фильмы на подобную тематику воспринимаются с определенной долей скептицизма и настороженности. Когда речь идет о личном и пережитое рецензентом фильма, тогда он имеет особое право на критику.
Уже сам анонс фильма на тему Чернобыля заинтриговал не только украинским, но почти всех гостей фестиваля. Завязка фильма была известной уже из анонса. Партийный инструктор Валерий чуть ли не первым узнает о взрыве на четвертом энергоблоке Чернобыльской атомной электростанции. Он является приближенным к руководству ЧАЭС. Ему как партийному служащему предписывают не паниковать, что означало, не рассказывать правду о том, что город в состоянии опасности. Он решает бежать из города, но этому мешают куча обстоятельств. Все. Далее обещали показать, чем закончится. Заинтригованная публика повалила на премьеру. Для прессы показ поставили не совсем удачно как для такой тематики: в 9 часов утра. Зал все равно был полон. Правда, где-то за полчаса публика начала нервничать. Многие оставило зал, так и не дождавшись развязки.
Первые двадцать минут показывают сцены беготни парт-инструктора Валерия по Припяти. То он ночью оказывается у руководства ЧАЭС, запрещающее ему разглашать информацию о взрыве, то он бросается к реактору, то от него, потом прибегает к своей подруге (играет Светлана Смирнова), и дальше уже бегает с ней. Эффект длительного беготни скорее утомляет, чем достигает цели – показать драматичность обстоятельств.
Затем начинается типично советская расхлябанность героев фильма. Подруга не находит свой паспорт, а потом еще и каблук сломала, чем способствовала опозданию на электричку. Затем внезапно вспоминает о нахождении паспорта и они вместе бегут его забирать. По дороге подруга решает купить новые туфли и чрезвычайно долго их выбирает. При этом поражает широкий ассортимент обуви в магазине в Припяти в 1986 году. За это время ее Валера успевает еще намотать несколько кругов по Припяти и снова вернуться в магазин. И так, пока запыхавшаяся пара на оседает на свадьбе. Оказалось, что в этот день женится знакомый Валеры, и с этим свадьбой связана история с паспортом.
Темп фильма с беготни переходит в свадьбу. Зарубежный зритель уже пресыщен вечными дикими сценами свадьбы аля на пасашок. Сколько километров фильмовой ленты или мегабайт цифры снят с российским свадебным застольем, танцами и соответствующими трюками за столом, под столом и на столе. При этом публика таких свадеб обычно выглядит придурковатой, пьяной и неестественно веселой. Снимать свадебные сцены вероятно огромное удовольствие для режиссера и особенно для актеров, которые свои съемочные часа ничем другим не занимаются как пьют и гуляют. Особенно американцы любят снимать такие сцены и вставлять их в свои фильмы о русских. Поэтому и наснимали их к черту.
Миндадзе выбрал для своей картины именно этот стереотипный сюжет, который легко продается, вписывается в представлениеевропейского зрителя о диких русских и успокаивает чувствительное самолюбие западного потребителя в его высочества и культурности по сравнению с тем, что видит.
Для лучшего сгущения стереотипов прибавили и мордобой. Кто кого бьет и за что, хорошо просматривается по ходу развития сюжета. Те разборы может понять только человек, который имел непогоды жить в советском суспильсви. Особенно подчеркиваются сцены жадного поиска и поглощения алкоголя, его вынесения в больших количествах из-под прилавка, тискання женщин за рыхлые места, бросание на деньги как на последнюю приманку и подобные дикие сцены. Это все происходит на фоне музыкального сопровождения свадьбы, репертуар которого составляют типичные советские песни на едино могучим. Особенно выделяется русская народная песня Коляда. Трудно поверить, что музыканты даже той эпохи играли подобный репертуар на свадьбах за исключением, если это была свадьба русской диаспоры в Припяти. Режиссер фильма наверное никогда не бывал на украинских свадьбах в советский время, так какое же украинская свадьба без украинской народной. Однозначно, что подлинная в фильме не пахнет, как не пахнет там и искусством. Пока пиар-медиа пытается закрасить провал фильма особыми словами об особом откровения о Чернобыле от авторов фильма, наверняка можно сказать, что очередное откровение о украинское население зритель таки получил с подачи российского кинематографа.
Свято верится, что автор хотел показать советский эпатаж, который выглядит абсурдно, когда речь идет о смысле жизни, ее ценность. Но приближая камера-трюками героев фильма к зрителю на чрезвычайно короткое расстояние, автор не рассчитал, что зарубежный зритель ужаснулся от такого знакомства. Несмотря на то, что фильм снимает российская съемочная группа с российскими актерами, зритель четко осознает, что на экране не кто иной, как украинский или же еще раз подтверждает старый взгляд украинский и русские – это одно и тоже.
Не далеко и до мысли: Неудивительно, что и взрыв произошел в этой стране, когда там все подряд неупорядоченно-рассредоточены от реальности люди. И даже если в кино допускается преувеличения, иносказательность и метафоричность, все же основания для этого должен быть соответствующим. То, что видит российский режиссер в России, переносит на украинском плоскость. Зарубежный зритель этого не почувствует, конечно, если Миндадзе готовил свой фильм на заграницу. Но заграница имеет еще такую составляющую как диаспора.
Так, негде правды деть, люди не знали, не недооценивали ситуацию, продолжали жить дальше своей привычной жизнью. Но жизнь это было украинском, хотя с советским напылением. Именно этого в фильме хватает.
Тлеющий на фоне балаганных событий реактор, удачно нарисованный немецкими графиками как тот недобитый дракон ждет своего воскресения. Жертва расхлябанности, он будто предостерегает об угрозе, подстерегающая каждого. И именно это хорошо понял зарубежный зритель. Что понял этот зритель об Украине и Чернобыль? Пожалуй, которые серьезно воспринимать нельзя. Ну а дальше пошла поехала политика. Да куда вам в Европу! Хоть это и Безвинная суббота.
Филипп Кройцер (Philipp Kreuzer) – продюсер фильма В субботу (2010) на Берлинале, 2011. Фото: Ольга Самборская

Я спросила немецкого сопродюсер Филиппа Кройцера (Philipp Kreuzer) о лепту к фильму от Бавария-фильм (Bavaria film). Он рассказал, что немецкая сторона обеспечивала компьютерную графику фильма и видео-оборудования. Камеры из Германии доставили в Украину, в Донецкую область, где и снимался фильм. Сам продюсер знает о Чорнобильнебагато понаслышке. Помнит, когда на уроках физики учитель мерил радиацию на их обуви. Тогда дозиметр показывал завышенные дозы. Радиоактивное облако достигло с ветром и Германии. Это все, что мог рассказать немец о своем опыте. А фильм они этот решили снимать, потому что уже давно хотели снять на чернобыльскую тематику то свое. Когда же услышали об инициативе российских коллег, решила присоединиться и к следующей годовщине взрыва на Чернобыльской АЭС предложить фильм. На никакие особые гуманные или идеалистические мотивы немецкий продюсер не ссылался. Фильм был поддержан немецкими телеканалами АРТЕ (Arte) и МГС. (MDR). Спонсорами стали немецкие фонды для поддержки кино (DeutscherFilmfrderfonds (DFFF)), а также Министерства культуры России и Украины. Кто платит, тот заказывает музыку. Только то Украине мало заказала …
Ольга Самборская, журнал Иммиграда
Фото: Ольга Самборская

Еще по теме:

У статьи Берлинале: В понедельник была суббота (за Миндадзе) 0 комментариев.