Пропавшие с вестью

Сергей Рахманин, «Зеркало недели» Массовая журналистика перемолола личностей. Массовое перемолола личностное. А без него журналистика невозможна Сколько можно о них? В пресловутый день тишины можно и о нас. О тех, кому эта тишина должна быть противопоказана. О сторожевых псов демократии и ласковых котиков власти. О полностью диких и абсолютно прирученных.
Свобода слова снова стала востребованной темой. Впрочем, не только она. Наши успехи масштабные и многогранные. По версии Transparency International, Украина сейчас на 134-м (среди 178 государств) месте по уровню коррумпированности в мире. Наряду с Того, Гондурасом и Сьерра-Леоне. Согласно данным Credit Suisse, страна гордо обосновалась на предпоследний, 39-й позиции по уровню благосостояния граждан в Европе, обогнав только Молдову. Но поскольку по темпам роста доходов соседи нас опережают, имеем все шансы оказаться последними. А еще – мы сразу на девять ступенек скатились в листе ФИФА, и отныне сине-желтая футбольная жена находится в середине четвертого десятка, ниже Алжира с Нигерией и чуть выше Буркина-Фасо. Куда кинь – блин комом. Предчувствие погибели.
Однако наиболее впечатляющим оказался рывок в рейтинге свободы слова. В табеле международной правозащитной организации Репортеры без границ Украины одним махом преодолела сразу 42 ступеньки, приземлившись на 131-м месте, наравне с растерзанным Ираком. Скверная новость для многочисленной армии тех, кто пишет, говорит и снимает. Насколько многочисленной? Сложный вопрос. Данные Союза журналистов ответить на него вряд ли помогут. Поскольку не все журналисты – члены НСЖУ, и (чего скрывать) далеко не все члены НСЖУ – журналисты. Показательной может оказаться другая цифра.
Согласно имеющимся в ЗН данных ОБСЕ (полученных, в свою очередь, от нашего Министерства образования), журналистов готовят в 72 вузах страны. Которые ежегодно дают путевку в жизнь более 10 000 (!) Магистров, бакалавров и специалистов, прошедших стационарную и заочную формы обучения. То есть ежегодно в медиа-среде вливаются тысяч новобранцев. Что заставляет задуматься над такими вопросами. Нужно этой сфере столько специалистов? (И это при том, что творческие коллективы газет, журналов, каналов, студий, интернет-ресурсов регулярно пополняются не только выпускниками профильных факультетов, но и дипломированными филологами, философами, историками, педагогами, политологами, не говоря уже о тех, кто дипломов не имеет вообще, а таких немало). Куда эти специалисты денутся? Простите резкость, но количество СМИ скоро сравняется с количеством читателей, зрителей и слушателей. А количество газет вскоре может превысить количество способных писать. В связи с чем решимся сформулировать еще одно сакраментальный вопрос: достаточно ли в стране квалифицированных специалистов с достаточными знаниями, способностями, опытом и авторитетом, чтобы как следует научить неофитов азов ремесла. Кстати, не такого уж и простого.
Желание родителей одипломиты чад, готовность ректоров и деканов как положено посодействовать чадолюбие, стремление каждого политика приобрести собственное медиа привели не только к повышению расценок на некоторые оказываемые услуги. Но и к обесцениванию самого понятия журналистика. Один известный деятель синематографа два-три года назад уверял, что настоящее кино в стране появится после того, как отрасль переживет так называемый период вала. Пусть снимают побольше. Малобюджетное, заказное, попсовое, бездарное, любую ерунду. Когда оборот исчисляться десятками, появятся одна-две достойные ленты. Количество неизбежно перерастет в качество. Закон киноискусства.
Очевидно, для медиаискусства такая формула неприемлема. Период вала знебарвив, ошаблонив, зашорив журналистику. Не только потому (но и поэтому тоже) она так легко потеряла доверие граждан и влияние на политиков. Перефразируя Камю, можно сказать, что власть сегодня относится к нашему существования так же, как мы относимся к существованию коникив.Бо незадолго до этого журналистика добровольно отказалась от принципиальности, ответственности и содержательности. Такое журналистику легко растворить в шоу и танцах. Такая журналистика охотно продуцирует новости, которые ненеоперившихся душ, тех, кто имел моральное право вмешаться в аморальный процесс, почти не осталось. Те, кто вчера заслуживал желтой карточки – теперь гордо носят желтый билет. Сегодняшние крики в защиту тех, кто журналистской ксивой прикрывал джинсовый бизнес, отвернули от нас тех, кто завтра готов был защищать реальных жертв реальных репрессий.
Можете писать – пишите. Многие из тех, кто мог и должен руководствоваться этим девизом, пополнили штатных борцов за свободу слова. На служение движения ушло столько сил, что на конечную цель их почти не осталось. Организаций, готовых заниматься состоянием свободы слова, излишне. Людей, которые верят в нее, почти не осталось. Потому что вера отравлена.
Свобода слова пропал без вести. Но не умерла. Будет слово, будет и свобода.
Сергей Рахманин, Зеркало недели

Еще по теме:

У статьи Пропавшие с вестью 0 комментариев.